Аксубаево
  • Рус Тат
  • Ежков Николай встретил День Победы в госпитале

    Моторист катера не отступал в боях до самой победы.

    О войне Николай Романович узнал 22 июня 1941 года, находясь на острове в Белом море, по радиоприёмнику. Он работал в Архангельском порту в «Севтранзитсплав» мотористом катера.

    В начале войны бригада, в которой Николай стал командиром, была направлена на Карельский фронт Мурманского направления. В конце марта 1942 года прибыли на фронт. Фашистские войска рвались к Мурманску, чтобы захватить незамерзающий порт. Особенно тяжёлые бои были перед маем. С обеих сторон были большие потери. Из последнего боя он вытащил раненого товарища. От роты их осталось двое.

    Николая Ежков делится своими воспоминаниями:

    «С 1 мая по 5 мая разразилась сильная снежная буря. А мы оставшихся в живых 60 человек из батальона заняли оборону на одной из сопок. Кругом ни кустика: одни большие камни да снег. Хотя мы были тепло одеты, но всё же промокли насквозь… После пурги ударил мороз, и одежда вся замёрзла. Некоторые не выдержали такой стужи и погибли. Но немцев погибло гораздо больше: они были одеты в шинели и ботинки.

    Сплошной обороны после этого, как у нас, так и у немцев не было. Наша бригада на одном из флангов заняла оборону. В нашу задачу входило всегда держать противника в напряжении. В зимнее время в маскхалатах на лыжах, а летом пешком пробирались незаметно без шума между опорных пунктов в тыл противника, нападали с тыла и уничтожали фашистов. Такие вылазки длились 8-10 суток, иногда и больше. Ночью шли, а днём зарывались в снег и лежали.

    В 1943 году мы зашли в тыл противника. Одна наша рота стала отходить, чтобы выманить противника из укрытия. А две роты были в засаде. Фашисты хотели отрезать пути отхода, т.е. окружить. Но в бой вступил весь наш батальон. Я находился на одном из флангов с ручным пулемётом. Помощником был украинец по фамилии Бойко, заряжал мне диски. Немцы старались обойти нас. Пулемётной очередью у меня выбило диск, но я остался невредим. Фашисты снова поднялись, пошли в обход, но я быстро заменил диск и ударил по ним. В этом же бою был убит Бойко. Немцам так и не удалось окружить нас. За этот бой я был награждён первой боевой наградой, медалью «За отвагу».

    В октябре 1944 года мы стали готовиться к наступлению по всему фронту. Был сформирован 26-й корпус для прохода в тыл противника. Вышли мы в конце октября, продвигались без остановок. Через двое суток вышли к аэродрому противника. Перекрыли отход немцам, захватили аэродром. Немцы хотели сбросить нас с главной дороги, так как техника могла передвигаться только по дороге, остальная местность была вся в сопках. Мы продержались 7 дней, пока не подошли основные войска, наступавшие с фронта. Нам дали отдохнуть одни сутки. Затем переформировали часть. Через 5-6 суток мы вышли в Норвегию. Немцы не завязывали с нами бои, а поджигали склады, взрывали мосты, убивали у норвежцев весь домашний скот, запугивали население приходом большевиков. Некоторые жители, поверив, уходили в сопки. Но очень скоро у нас с населением завязалась дружба. Мы делились с ними всем, что у нас было. Отдохнув двое суток в Норвегии, мы получили приказ вернуться в Мурманск. За эти наступательные бои я был награждён орденом «Красной Звезды».

    Из Мурманска мы прибыли в Вологодскую область, где получили пополнение для обучения. В начале марта прибыли на 3 Украинский фронт в Польшу. После небольшого отдыха мы вступили в бой. Противник отступал, но цеплялся за каждую выгодную позицию, за каждый населённый пункт.

    В одном из ночных боёв противник крепко засел в обороне. Нашей роте был дан приказ обойти с фланга, выйти на шоссейную дорогу и отрезать пути отхода. Мы под покровом ночи с криком «Ура!» овладели дорогой. Немцы, побросав машины, разбежались. Я и старший сержант Лукин Иван из другого взвода оказались в небольшом окопе около дороги. Видим: на небольшой скорости двигаются два танка с десантом. Десантники открыли из автоматов и пулемётов сильный огонь, подняли крик, чтобы создать панику и сбросить нас с дороги. Мы с Иваном приготовили противотанковые гранаты. Первый танк, как только сравнялся с окопом, был подбит гранатой брошенной Иваном. Второй танк подбил я. Немцы, которые были на танках, залезли под машины. Ведь танки не горели, у них были оборваны гусеницы. Фашистов мы забросали гранатами. Часть танков отошла, затем немцы открыли сильный огонь, подожгли брошенные около нас автомашины. От огня стало светло, как днём. Немцы повторяли атаку несколько раз, но мы с дороги не ушли. Пока не получили приказа об отходе. Так как нас могла накрыть своя же артиллерия.

    Утром, когда подошли наши войска, подсчитали, что подбито два танка несколько автомашин сгорело и убито 35 фашистов. Об этом писала фронтовая газета, где упоминались и наши с Иваном фамилии. За этот бой мы были награждены орденами «Отечественной войны 2 степени». Я читал эту газету находясь в госпитале. 2 апреля 1945 года в одной из атак, мы схватились в рукопашную. Я вскочил в окоп к немцам двоих прикончить, но сам был тяжело ранен в грудь. Пуля прошла навылет. Лечился в Кракове в Польше. День Победы встретил в госпитале. После излечения был направлен в танковое училище в г. Омск. В 1946 году в мае демобилизовался в звании старшины запаса».

    После войны Николай Романович работал в лесной промышленности, а после этого бригадиром охраны при Аксубаевском РОВД.

    Сила духа этого человека заслуживает восхищения, хранить в памяти такие истории – задача нашего поколения. Нельзя забывать ужасы, которые пережили наши родственники в военное время, ради нашего будущего.

     

    Фото: из семейного альбома.

      Больше интересного в ленте Яндекс.Новости -

      добавьте «Сельскую новь» в избранные источники.

     

     

    Следите за самым важным и интересным в Telegram-канале Татмедиа


    Нравится
    Поделиться:
    Реклама
    Комментарии (0)
    Осталось символов: